Яркость серого

Давайте я вам расскажу.
Уже месяц живу в Питере. В Питере жить хорошо. И даже пусть в квартире зависший ремонт, а на работе я в первую же неделю накосячила.
Но и в квартире и на работе меня окружают приятные, и как оказалось, добрые люди :))

И еще у меня кое-что произошло. В моей жизни снова появился папа. 16 лет о нем почти ничего не знала.

А ноут уже мой, новенький, немецкий. :)

Уже сегодня буду на Грушинском.
Хорошо-то как!

Я мало знаю слов,

но все они честны.

Чисты и гладко выбриты, в рубахах,

мы спорим, как ловчей

звучало б: лав иль лов,

хотя для нас двоих

честнее: на хуй.

Ты чинишь стетоскоп.

Закрыв глаза, весны

вдыхая запах пыли, ожидаю.

А между тем мосты —

разведены мосты —

просты и пунктуальны.

И после двух ай эм

разбиты берега,

свободны пароходы, да и волнам

не страшно, будто тем клаустрофобам,

что не выносят крыш

и любят небо.
 

Кошкой проскользнуть к его двери,

Застать, уставшего, курящим у окна.

Такого, в образе «гора-спина»,

И тихо-тихо ближе подобраться.

Едва дотрагиваться, нежно прикасаться,

Смирять дрожанье, чтобы целовать.

И, всё же, не переставать дрожать:

Бояться, что вот-вот он обернется.

тереться жадно мокрыми губами

струйку слюны ловить на язычок

водить им: через шею на плечо

на правое и левое плечо

считать им позвонки

кусать ремень

быть обезумевшей

живой но без сознанья

шептать: не замечай не замечай меня...

будь в тишине будь в темноте будь в пустоте...

пусть эта тайна остается тайной

пусть неизвестной будет и тебе